Эренцен Лиджиевич Бадмаев (15 декабря 1918 – 7 августа 1992) – участник советско-японской войны в должности командира стрелковой роты 785-го стрелкового полка 144-й стрелковой дивизии 5-й армии 1-го Дальневосточного фронта, Герой Советского Союза (5.05.1990), майор запаса с 1956 года, подполковник МВД в отставке.
Родился 15 декабря 1918 года на хуторе Бальда ныне Сарпинского района. Окончил 7 классов. Работал счетоводом в селе Садовое, инструктором, заведующим отдела учёта Сарпинского райкома комсомола. В 1942 году окончил Иркутское военно-политическое училище. С июня 1942 года участвовал в боях Великой Отечественной войны.
Участник советско-японской войны 1945 года с 9 августа 1945 года. Награжден медалью «За победу над Японией» в сентябре 1945 года.
К званию Героя Советского Союза представлялся в сентябре 1945 года.
Указом Президента СССР от 5 мая 1990 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с японскими милитаристами и проявленные при этом мужество и героизм старшему лейтенанту Бадмаеву Эренцену Лиджиевичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».
После войны Э. Л. Бадмаев продолжал службу в армии. С 1956 года майор Бадмаев Э. Л. – в запасе. Работал в Министерстве внутренних дел.
Звезда Героя
Среди тех, кто накануне 45-летия Победы удостоен высокого звания Героя Советского Союза, наш земляк Лиджи Эренценович Бадмаев.
Против войны надо бороться, пока она не началась. И ветераны, хорошо зная истинную цену боев и сражений, в послевоенные годы приложили немало усилий для сохранения и упрочения мира.
Поздравления с этой высокой наградой Эренцен Лиджиевич Бадмаев должен был принимать еще в 1945-м, но так распорядилась судьба, что Указ о присвоении ему звания Героя Советского Союза был подписан лишь накануне празднования 45-летия Победы.
Чуть ли не с поля боя из-под города Ровно в конце февраля 1944-го года был отозван командир роты Э. Л. Бадмаев, уже награждённый к тому времени орденом Красной Звезды. До войны он работал инструктором Сарпинского райкома партии, в 1939-м добровольно ушел служить в Красную Армию. Уже во время войны окончил военно-политическое училище. С декабря 1942-го был на фронте. И вот очутился в Сибири, в глубоком тылу. После проверки его снова призвали в армию. Было начало мая, война завершалась, но предстояли боевые действия на Дальнем Востоке – с Японией. Эренцен Лиджиевич попросился на фронт. Так вновь он оказался в действующей армии. На этот раз на Дальнем востоке. В должности начальника штаба батальона.
Предстояло взломать оборону противника. Но на направлении главных сил дивизии была стратегическая высота – гора Верблюд, превращенная японцами в мощный оборонительный пункт, огонь его перекрывал путь вперед.
На оперативном совещании перед наступлением, где присутствовали офицеры от командиров рот и выше, командующий Пятой армией Крылов сказал: «Командир роты, которая выполнит задание и водрузит знамя на правом горбу Верблюда, будет представлен к званию Героя Советского Союза». Но кому доверить роту передового отряда?
– А у вас западника нет? – спросил Крылов, имея ввиду офицера, получившего боевой опыт на западных фронтах.
– У меня есть, но он знаете…, – прозвучало невнятно в ответ.
– А где он, поднимите.
Эренцен Лиджиевич поднялся.
– А, вы же калмык! Как, товарищ лейтенант, если мы вас назначим командиром роты передового отряда?
– Я солдат партии, солдат армии. Куда меня направит партия, куда направит командование, я туда должен идти. Думаю, это доверие я оправдаю.
– Так, Э. Л. Бадмаев оказался на острие прорыва с задачей открыть ворота главным силам дивизии. Почти месяц готовил он свой личный состав к взятию неприступной горы.
9 августа в час ночи под проливным дождем Э. Л. Бадмаев повел отряд через границу в направлении сопки, до которой было около восьми километров. Противник заметил наступающих на рассвете. Самым сложным было преодолеть огневую полосу, полностью простреливаемую станковыми пулеметами из амбразур дотов и дзотов. Единственный выход – стремительный рывок через нее. Дальше была мертвая зона – пулеметы, расположенные наверху, ее «не брали». По команде ротного, засекшего огневые точки японцев, солдаты под огнем из траншей противника подползали по крутому склону поближе к амбразурам, забрасывали их гранатами и, пользуясь мгновением, пока стрельба замолкала, закрывали амбразуры шинелями и заваливали выход из дотов в траншеи. Это помогло роте продвинуться к гребню высоты, штурмом подавить основной дот и захватить не только правый, но и левый горб Верблюда. В 10 часов утра над сопкой заалело Красное знамя. Его поднял рядовой Коржов.
– Убитых было мало, но многие оказались ранеными. В строю от 189 человек осталась четвертая часть, – рассказывает Эренцен Лиджиевич. – С остальными силами, тоже основательно поредевшего батальона, мы продолжали выполнять боевую задачу, продвинувшись на танках вместе со всей Пятой армией на 120 километров в глубь территории Маньчжурии.
Под Муданьцзяном передовые части столкнулись с упорным сопротивлением противника, сосредоточившего силы на господствующей высоте 449,1. Командиру Ковенского корпуса генерал-майору Перекрестову доложили – подошла рота того самого героя – Бадмаева. Он вызвал лейтенанта к себе. Поздравил. И сказал:
– Товарищ Бадмаев, придется еще раз пустить тебя в бой. Уже две роты положили перед этой высотой. Тебе задача – взять ее.
– Те две роты, – вспоминает Э. Л. Бадмаев, – пытались овладеть высотой с ходу, в лоб. А я не такую тактику выбрал. Основные силы направил в обход, а меньшими отвлек внимание на себя. В это время два моих взвода обошли их, ударили с тыла, овладели высотой.
В этом бою сам Эренцен Лиджиевич разрывной пулей был ранен в ногу, но продолжал руководить боем, пока командир полка не приказал отправить его в медсанбат. Это было 15 августа. Последний бой.
После госпиталя Э. Л. Бадмаев как один из героев войны с Японией участвовал в параде победы над Японией в Уссурийске, во время которого командовал «коробкой» в 250 человек. Однако золотой звезды он не получил, хотя наградной лист на присвоение ему звания Героя Советского Союза подписан был командиром полка, командиром дивизии, командиром корпуса. В конце октября 1945 года вручили ему орден Красного Знамени.
О подвиге Э. Л. Бадмаева знали в республике. Велико было желание восстановить справедливость. Народный поэт Калмыкии, ныне член Верховного Совета СССР Д. Н. Кугультинов в свое время писал по этому поводу Л. И. Брежневу, К. У. Черненко. Но в те годы эти обращения не были услышаны. И лишь выступление Д. Н. Кугультинова об этом в парламенте страны получило резонанс. Оказалось, что таких как Э. Л. Бадмаев, в свое время представленных за боевые подвиги, но не награжденных, десятки. И не только среди незаконно репрессированных народов, но и среди других. Выступление Д. Н. Кугультинова разбудило память, стало импульсом к тому, чтобы воздать должное истинным заслугам тех, кто по каким-то причинам оказался обойденным.
– Если бы не было перестройки, развития демократии и гласности, если бы существовал старый порядок, вряд ли бы это могло осуществиться, – убежденно говорит Эренцен Лиджиевич. – Лишь благодаря нынешним переменам стала возможна Декларация Верховного Совета СССР о признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению, и обеспечении их прав. И нынешний Указ Президента СССР М. С. Горбачева, присвоение мне высшей воинской награды – это уже практическая реализация Декларации.
В. Яковлев
Указ Президента Союза Советским Социалистических Республик
О присвоении звания Героя Советского Союза
активным участникам Великой Отечественной войны 1941-1945 годов
За мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов, присвоить звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»:
Бадмаеву Эренцену Лиджиевичу – старшему лейтенанту в отставке.
Президент Союза Советских Социалистических Республик
М. ГОРБАЧЕВ
Москва, Кремль, 5 мая 1990 г.
Величко, А. Из фронтовых записок участника боев в Маньчжурии: [к 50-летию Победы над милитаристской Японией] / А. Величко. – Текст: непосредственный // Хальмг үнн. – 1995. – Һаха сарин 4 (29 авг., № 166). – С. 3.